«…КРАСОТУ ЕЕ БОРОВИКОВСКИЙ СПАС». К 250-летию со дня рождения В.Л.Боровиковского

Пресс-конференция 30 октября в 14.00

Вернисаж 30 октября в 16.00

Выставка открыта с 31 октября.

Крымский Вал, 10, залы 60–61

Имя В.Л.Боровиковского включено во все хрестоматийные издания по русской классике и даже в школьные учебники. Ведущий представитель сентиментализма в русском искусстве знаменит прежде всего блистательными женскими портретами. Однако почти все ХХ столетие официальная культура замалчивала важный и обширный пласт творчества, которым началась и завершилась карьера художника, – религиозную живопись. Первая монографическая выставка, восстанавливая историческую справедливость, открывает малоизвестные грани творчества мастера. Третьяковская галерея, собрав воедино около 200 произведений Владимира Лукича Боровиковского (1757–1825), показывает его наследие во всей полноте. Название выставке дала посвященная знаковому для художника портрету М.И.Лопухиной строка Я.Полонского: «…Она давно прошла, и нет уже тех глаз, // И той улыбки нет, что молча выражали // Страданье – тень любви, и мысли – тень печали, // Но красоту ее Боровиковский спас».

В отличие от большинства художников-классиков, прошедших школу Императорской академии художеств, уроженец Малороссии Владимир Боровиковский не имел академического образования. Первым и главным его учителем был отец – живописец и иконописец из Миргорода, получивший дворянство казацкий старшина. Поворотным пунктом в судьбе 30-летнего художника стало участие в украшении дворца в Кременчуге, где во время путешествия в Крым в 1787 останавливалась Екатерина II. Отметив прославляющие ее аллегорические композиции, императрица потребовала вызвать автора в Петербург. Приглашение в столицу Боровиковский получил от вельможи и поэта Василия Капниста; в Петербурге жил в доме известного архитектора Николая Львова, по его рекомендации писал иконы для Борисоглебского собора в Торжке, Иосифовского собора в Могилеве. Возможно, посещал натурные классы Академии художеств; брал уроки у портретиста И.Б.Лампи-старшего.

Кружок Н.А.Львова – один из центров интеллектуальной жизни Петербурга – надолго предопределил диапазон интересов и сферу общения Боровиковского. Он оказался дружен с Д.Г.Левицким, чьими советами пользовался, Г.Р.Державиным и другими деятелями литературы и искусства, в чьей среде культивировался стиль «частной жизни» и зародился русский сентиментализм. В начале 1790-х Боровиковский обратился к жанру камерного портрета, чаще всего изображая женщин в домашней обстановке. В этом ключе написана и картина «Екатерина II на прогулке в Царскосельском парке» (1794), где императрица предстает как частное лицо, что было необычно для портретов коронованных особ. Хотя императрица портрет не одобрила, за эту работу Боровиковский был признан «назначенным» в академики. (Звание академика он получил годом позже за портрет великого князя Константина Павловича). Варианты портрета Екатерины II показаны на выставке, которая разделена на несколько тематических зон в соответствии с периодами творчества и кругом заказчиков Боровиковского.

В середине 1790-х художник был приглашен в Павловск к «малому двору», где создал многочисленные портреты великого князя Павла Петровича, его супруги и детей. С этих работ начинается путь зрителя по выставке. В центре зала помещены самые одухотворенные женские образы, среди которых лучшими признаются портреты Е.Г.Темкиной (1798), Е.А.Нарышкиной (1799), сестер А.Г. и В.Г.Гагариных (1802) и особенно портрет М.И.Лопухиной (1797), исключительный по лиризму настроения и изысканности живописи (все – в собрании ГТГ). Именно в творчестве Боровиковского живописный сентиментализм достиг наивысшего воплощения, превзойдя западные аналоги. Художник стал подлинным создателем портретного канона сентиментализма. Индивидуально-характерное в его портретах словно отступает перед идеальным. Состоянию мечтательности с оттенком легкой грусти персонажей, уединившихся от светской суеты, отвечает живописная гамма с тонкими колористическими нюансами.

Период правления Павла I стал порой творческого расцвета Боровиковского. Мужские портреты его кисти, где идея служения и долга переплетена с духом меланхолической созерцательности, обычно остаются в тени женских образов. В парадном портрете Боровиковский умел создать великолепные ансамбли пышных, зачастую «говорящих» деталей (портреты Муртазы-Кули-Хана (1796, ГРМ), Павла I в костюме гроссмейстера Мальтийского ордена (1800, ГРМ), князя А.Б.Куракина (1801, ГТГ). Вступив наравне с Д.Г.Левицким, князем А.Б.Куракиным, Лопухиными и Гагариными в масонскую ложу «Умирающий сфинкс», основанную в 1802 Александром Лабзиным, художник портретировал многих масонов.

В Александровскую эпоху Боровиковский, чуткий к новым эстетическим веяниям, от рокайльной дымки и утонченности сентиментализма переходит к чеканности силуэта, линейности и статуарности ампира. Характеристике персонажа в эти годы художник придает черты героизирующей патетики, свойственной стилистике ампира. В это время создан ряд таких шедевров, как портреты графини А.И.Безбородко с дочерьми (1803, ГРМ), мореплавателя Ю.Ф. Лисянского (1810, ЦВММ), князя и княгини А.А. и М.И.Долгоруких (оба – 1811, ГТГ). Галерею образов интеллектуалов эпохи Просвещения продолжают портреты графа А.С.Хвостова (1801, ГТГ), супруги поэта Г.Р.Державина – Д.А.Державиной (1813, ГТГ), «Дама в тюрбане» (вероятно, портрет писательницы Жермены де Сталь, 1812, ГТГ).

Завершают экспозицию портреты религиозных деятелей и образa для храмов, созданные Боровиковским в последние годы жизни. В это время, разочарованный в масонстве, художник вновь осознал иконопись как важнейшую сферу своей деятельности. По заказу графа А.С.Строганова исполнил иконостас Казанского собора в Петербурге, а незадолго до смерти – иконостас Троицкой церкви на Смоленском кладбище (ныне в ГРМ), впервые экспонируемый в Москве. В 1819–1824 годах состоял в мистической секте «Союз братства», для которой писал религиозные картины. В дореволюционной России религиозная живопись Боровиковского выдвигалась на первый план, ее образцы хранились в частных собраниях Ф.Прянишникова, И.Цветкова, в Румянцевском музее. В советскую эпоху значительная часть иконописного наследия мастера утрачена; уцелевшие иконы и портреты церковных иерархов были спрятаны в музейных запасниках, малодоступны исследователям и закрыты для публики.

В составе выставки – работы из коллекций Третьяковской галереи, насчитывающей 70 произведений мастера, Государственного Эрмитажа, Исторического, Центрального военно-морского и Русского музеев, Троице-Сергиевой лавры, Национального художественного музея Республики Беларусь, дворцов-музеев Гатчины и Павловска, а также региональных музеев России и частных собраний. Из Лувра привезен портрет княжон Е.А. и А.А. Куракиных (1802).

Выставку сопровождает альбом-каталог, куда включены портретные миниатюры и академические натурные штудии, не вошедшие в состав экспозиции; впервые опубликовано эпистолярное наследие Боровиковского из архива ГТГ. CD-Rom «В.Л.Боровиковский. Живопись. Икона. Рисунок. Миниатюра» превосходит каталог по числу аннотированных репродукций. К выставке подготовлена обширная образовательная программа, включающая лекции сотрудников московских музеев о культуре XVIII века, открытую мастерскую по технологии живописи XVIII века, интерактивные экскурсии и концерты аутентичной музыки.

Куратор выставки – заведующая Отделом живописи XVIII – первой половины XIX века ГТГ, доктор искусствознания Людмила Маркина.