Апрель - время бурного пробуждения природы после долгой холодной зимы в среднерусских широтах. Не случайно, именно этот месяц подарил миру многих выдающихся людей, среди них - известный писатель начала ХХ века, философ-идеалист, человек многосторонних дарований - Василий Васильевич Розанов. Долгие десятилетия его имя пребывало в безвестности, Розанов был в списке запрещённых писателей, его творческое наследие не было понято при жизни.

Нынешний год, юбилейный, исполняется 150 лет со дня рождения В.В. Розанова. И вновь задаём вопрос: нужен ли он сегодняшней России? Существует закономерность: достойное памяти не подлежит забвению. С начала 90-х годов ХХ в. книги Розанова стали доступны нашим современникам. Сегодня они особенно интересны и актуальны.

Всю жизнь Розанов был во власти думы о путях развития огромного Российского государства с терпеливым и трудолюбивым народом. "…болит душа за Россию… исчезни моя Родина. Погибни. Легко ли это сказать русскому? И кто любит родину больше (о, неизмеримо) себя", - писал Розанов в 1915 г., пытаясь взглянуть на вещи с разных сторон, соединить несоединимое, преодолеть противостояние разных взглядов, партий, которое вылилось в конфронтацию "красные - белые". Попытки объединить людей разномыслящих предпринималась тогда немногими, среди них был и Розанов.

Творчество Василия Васильевича неоднозначно оценивалось и его современниками, и после смерти. А.М. Горький назвал Розанова "самым интересным человеком современности". А Лев Троцкий - "заведомой дрянью, приживальщиком, прилипалой". Своё мнение высказала и З. Гиппиус: "Его скорее можно назвать "явлением", нежели "человеком". И уж никак не "писателем". После таких противоречивых оценок возникает желание ближе познакомиться с личностью и творчеством Василия Розанова.

Родился Розанов в Ветлуге Костромской губернии 20 апреля (ст.ст.) 1856 г. Трёх лет от роду лишился отца. Большая семья Розановых переехала в Кострому. Началось голодное безрадостное детство. "Во всём нашем доме я не помню никогда улыбки", - вспоминал В.В. в книге "Уединённое". После смерти матери, старший брат Николай привёз братьев Василия и Сергея в Симбирск, где он получил место учителя в губернской гимназии. Нам, симбирянам, особенно интересно, какую огромную роль в становлении 14-15-летнего подростка сыграл наш город. Два года Василий Розанов был учеником Симбирской гимназии. "С ничего , - вспоминал он, - я пришёл в Симбирск: и читатель не поверит…, но сам-то и про себя я твёрдо знаю, что вышел из него "во всём". Здесь Василий пережил период "безумной любознательности", никогда не читал он столько, сколько в Симбирске (оставлены тёплые воспоминания о публичной Карамзинской библиотеке).

В путевом очерке "Русский Нил" воспоминания о Симбирске, который назвал своей второй родиной, "духовной", о красоте Волги, о друзьях-одноклассниках, учителях гимназии. "Учился я всё время плоховато, запоем читая и скучая гимназией". Оценки по предметам были разные: и отличные, и хорошие, и удовлетворительные. По мнению Розанова: "Вся гимназия делилась на две половины… совершенно противоположные, и даже враждебные - совершенной тьмы и яркого протестующего, насмешливого… света". Именно наш город стал родиной розановского нигилизма. С Волгой, "Русским Нилом", связана эпоха "переживаний", где формировалась душа и эрудиция, ставшие впоследствии частью интеллектуального мира философа. Волга для Розанова нечто живое, значимое, неотделимое от человеческих радостей и страданий. Пережитое Василием Розановым в Симбирской гимназии оказалось более влиятельным, чем затем в университете или в старших классах Нижегородской гимназии.

Впереди были взлёты и падения, признание и непонимание, разочарования и великое счастье любви - всё это закаляло и формировало философа, писателя, публициста Розанова. Он был яркой звездой в русской культуре, сложной и притягивающей личностью, живым, несдержанным, откровенным, не притворяющимся человеком, искренне и глубоко любившим людей и свою Россию.